Изъятие Троцкого. Часть 2


К политической конфронтации с Троцким с лета 1921 года добавилось ещё одно важнейшее обстоятельство: здоровье Владимира Ильича начало заметно ухудшаться и привело к ограничению его трудоспособности. Предпринимавшиеся во второй половине 1921 года попытки перерывами в работе восстановить здоровье и работоспособность не принесли успеха.

«В начале декабря [1921 года — прим. Ред.] стала совершенно невозможной даже ограниченная работа. Отныне болезнь Ленина превращалась в важный политический фактор жизни партии и государства… Работоспособность падала, улучшение не наступало, более того, начались обмороки. В Москву он приезжал только на заседания Политбюро и некоторые другие важнейшие заседания. 31 января он уже не смог приехать на заседание Политбюро. Не принес облегчения и февраль. Состояние было непредсказуемо… Съезд приближался, предстояло решить ряд сложнейших политических и организационных проблем, а болезнь все сильнее и сильнее ограничивала возможности Ленина систематически участвовать в делах управления. Ему приходилось отказывать во встречах с ответственными работниками партии и государства даже для обсуждения важнейших вопросов: он с трудом переносил разговоры и заседания. Сокращалась способность к контактам. Все чаще их приходилось поддерживать с помощью кратких записок. По собственному признанию Ленина, главное, что тяготило его в последнее время, — это невозможность читать так, как он читал раньше. Это делало невозможным следить за информацией и “постоянно делать из нее все нужные выводы”»[8].

В марте к имевшимся симптомам добавились потери сознания и онемение правой стороны тела. К этому времени Владимир Ильич пессимистично оценивал свои шансы на скорое и полное выздоровление и не исключал паралича. Эта возможная перспектива заставила Ленина искать «выход»: он обратился к Сталину с просьбой – дать яд в случае, если его парализует. Профессор Даркшевич 4 марта 1921 года сделал запись о настроении Ленина: «он близок к мысли о том, что больше ему уже не работать так, как он работал прежде… его песня уже спета, роль сыграна, свое дело он должен будет кому-то передать».

В марте 1921 года Владимир Ильич не смог принять участие в Пленуме ЦК, который предшествовал непосредственно XI съезду партии. Ухудшающееся здоровье и неясные перспективы возвращения к полноценной работе заставили Ленина начать формировать такую систему управления, которая бы позволяла при его ограниченной работоспособности решающим образом влиять на формирование политики.

В области управления народным хозяйством Ленин в ходе 1922 года провёл необходимые организационные мероприятия: в Совет труда и обороны (СТО) были введён ещё один заместитель (Цюрупа) с правом решающего голоса в Совнаркоме; была создана Высшая экономическая комиссия (в составе Каменев, Курский, Преображенский, Шмидт) для «объединения всех экономических и финансовых вопросов»; был утверждён состав руководителей Госплана (Кржижановский, Пятаков, Осадчий).

Созданная система управления экономикой позволила Ленину избавиться от повседневной хозяйственной деятельности и в то же время сохранить надзор и контроль за ходом решения хозяйственных вопросов и задач.

«Занимая в системе центральное положение как лидер партии и Председатель СНК и СТО РСФСР, он, несмотря на сокращение работоспособности, сохранял всю полноту власти в сфере экономики. Наиболее значимую роль в этой системе занял Каменев, который как председатель Высшей экономической комиссии превратился в ближайшего помощника Ленина в решении текущих экономических вопросов. В политическом плане это означало укрепление позиций ленинской группы в Политбюро и ЦК партии и ее способности осуществлять разработанную под руководством Ленина новую экономическую политику»[9].

Политически руководить хозяйственными и государственными органами должна была партия, поэтому Ленин, одновременно с совершенствованием хозяйственного аппарата, занялся реорганизацией и укреплением Центрального Комитета РКП(б) и его основного органа — Секретариата ЦК РКП(б). После X съезда в состав Секретариата входили Молотов, Ярославский и Михайлов. Ленин настаивал, чтобы Секретариат был политическим органом, т.е. занимался исключительно политической работой, на практике же Секретариат был завален текущей организационно-технической работой. В августе 1921 года Ленин провёл решение по кадровым перестановкам в Секретариате: Ярославский был отправлен на работу в Сибирь, а на его место назначен Сталин. Уже 22 сентября 1921 года создаётся секретариат Сталина.

Очевидно, что ввод в Секретариат одного из руководителей партии должен был усилить авторитет Секретариата и наполнить его работу политическим содержанием. Деятельность Секретариата для Сталина была знакома, поскольку он фактически возглавляя Оргбюро ЦК РКП(б), много и тесно взаимодействовал с Секретариатом. Многолетняя партийная работа в условиях подполья сделали фигуру Сталина известной для широкого круга партийных руководителей, а его самого – знатоком партийных кадров и организаций. С 1917 года Сталин входил в ЦК партии, Бюро ЦК, представлял ЦК большевиков в ЦИК Совета. На VI съезде он сделал два важнейших доклада и внёс значительный вклад в принятие съездом курса на вооружённое восстание. В период гражданской войны Сталин расширил круг своего влияния за счёт деятельности на фронтах. Сталин неоднократно участвовал в разрешении возникавших разного рода конфликтных ситуаций, что способствовало дальнейшему росту его авторитета среди партийных кадров. Сталин был признанным авторитетом в области национальной политики, и это позволяло ему знакомиться с национальными регионами РСФСР, что расширяло круг его знаний людей и условий. Как и Свердлова, Ленин ценил Сталина за знание практической стороны жизни партии и умение вести партийную работу:

Читайте также:  Член ОП отметил историческую важность голосования по Конституции

«Эти качества Сталина в данной ситуации имели для Ленина принципиальное значение, поскольку основной бой с Троцким должен был произойти в партии и за влияние на нее. Поэтому назначение Сталина секретарем ЦК РКП (б) нельзя отнести к простым кадровым перемещениям. Оно означало не только меру, направленную на повышение авторитета и эффективности работы Секретариата ЦК, но и крупную политическую передвижку внутри ЦК, Политбюро и внутри ленинской группы. Для Троцкого и других противников Ленина назначение Сталина секретарем ЦК РКП (б) означало расширение властных полномочий того политика, который более других был способен вести с ними принципиальную и непримиримую борьбу с большими, чем у других, шансами на успех»[10].

Войдя в Секретариат ЦК, Сталин стал единственным партийным руководителем, который входил в состав всех руководящих органов ЦК РКП(б): он был членом Политбюро, Оргбюро и Секретариата. Это открыло перед Сталиным широчайшие возможности — фактически он получил контроль за всей повседневной работой центрального партийного аппарата: в его ведении оказались вопросы подбора и расстановки кадров (не только партийных, но и советских, комсомольских, профсоюзных и др.), а также партийные финансы. Новая должность и усилия Ленина расширили круг деятельности Сталина, помимо практической партийной работы Сталин всё больше входил в подробности экономических проблем Советской России. По указанию Ленина Сталина знакомят с экономическими материалами СТО и Госплана. Ленин привлекает Сталина к вопросу «конституирования и организации» работы финансового комитета, а также к проблеме пополнения и расходования золотого запаса. Помимо этого, Сталин участвует в обсуждении вопросов монополии внешней торговли, концессионной политики, восстановления Донбасса, организации сельского хозяйства и коневодства, заготовки продовольствия и во многих других вопросах.

Ещё до своего вхождения в Секретариат Сталин участвовал в вопросах военного строительства и в отсутствии Троцкого докладывал по этим вопросам на Политбюро, но с осени 1921 года Сталин становится докладчиком по военным вопросам и в присутствии Троцкого. Троцкий, который всегда ревностно относился к любым «вторжениям» в свою сферу ответственности, вынужден был допускать такое вмешательство и даже считаться с мнением Сталина по военным вопросам. Вопросы внешней политики также вошли в сферу влияния Сталина: он участвует в подготовке к Генуэзской конференции и всё больше вникает в дела Коминтерна. Сталин активно участвует в совершенствовании системы управления: он вносит предложение по реорганизации работы ЦК. Всё чаще Сталин стал исполнять функции официального представителя ЦК.

Очевидно, что ещё до избрания Сталина генеральным секретарём на XI съезде, его авторитет, политическое влияние и власть стремительно возросли.

Несмотря на громкие «воспоминания» Троцкого о том, что будто бы Ленин ценил его и нуждался в нём, сам Троцкий и его идеи были отвергнуты Лениным. Более того, во второй половине 1921 года Ленин в общих чертах сформировал новую систему управления государством и народным хозяйством.

«Есть основания говорить о формировании во второй половине 1921 г. внутри Политбюро «тройки» в составе Ленина, Сталина и Каменева, которая стала идейно-политическим и организационным ядром сторонников Ленина в ЦК партии и сосредоточила в своих руках основные рычаги власти в партии и государстве»[11].

Опираясь на своих ближайших помощников, Ленин контролировал основные рычаги власти и имел возможность в любой момент вмешиваться в решение любого вопроса и отслеживать ход выполнения принятого решения. Ближайшие сподвижники Ленина — Сталин и Каменев — имели разные полномочия и разный политический вес. Если функции Каменева ограничивались сугубо вопросами текущего руководства народного хозяйства, то функции Сталина касались более широкого спектра партийно-государственных вопросов. Сталин, с подачи Ленина, участвовал в решении вопросов, входивших в компетенцию Каменева, чего нельзя сказать о Каменеве: он практически не участвовал в решении вопросов, относящихся к ведению Сталина. В самой работе Каменев в большей степени находился под контролем и непосредственным руководством Владимира Ильича, чего нельзя сказать о Сталине — Сталин получил самостоятельный участок работы.

Сталин — генеральный секретарь

Проведённая Лениным работа по реорганизации партийно-государственного аппарата должна была получить одобрение партийным съездом и закрепить за ленинским ядром доминирующее идейно-политическое и организационное положение. Главными задачами, которые бы обеспечили такое положение, были избрание в ЦК РКП(б) сторонников ленинской политики и введение новой высшей должности в партии — генерального секретаря ЦК РКП(б). В политической практике начала 20-х годов должность генерального секретаря появилась ещё до XI съезда РКП(б). Сначала генсека ввели в Коминтерне, а затем в Профинтерне. Но смысл этих должностей отличался: если в Коминтерне генеральный секретарь разделял власть с председателем, то в Профинтерне генсек являлся полноценным единственным руководителем. Кто и при каких обстоятельствах выдвинул идею введения генерального секретаря в партию до сих пор не установлено. Молотов (в беседе с Феликсом Чуевым) вспоминал о XI съезде партии:

Читайте также:  Медведев негативно высказался о самоизоляции

«На XI съезде появился так называемый «список десятки» — фамилии предполагаемых членов ЦК, сторонников Ленина. Против фамилии Сталина рукой Ленина было написано: «Генеральный секретарь». Ленин организовал фракционное собрание «десятки». Где-то возле Свердловского зала Кремля комнату нашел, уговорились: фракционное собрание, троцкистов — нельзя, рабочую оппозицию — нельзя, демократический централизм — тоже не приглашать, только одни крепкие сторонники «десятки», то есть ленинцы. Собрал, по-моему, человек двадцать от наиболее крупных организаций перед голосованием. Сталин даже упрекнул Ленина, дескать, у нас секретное или полусекретное совещание во время съезда, как-то фракционно получается, а Ленин говорит: «Товарищ Сталин, вы-то старый, опытный фракционер! Не сомневайтесь, нам сейчас нельзя иначе. Я хочу, чтобы все были хорошо подготовлены к голосованию, надо предупредить товарищей, чтобы твердо голосовали за этот список без поправок! Список «десятки» надо провести целиком. Есть большая опасность, что станут голосовать по лицам, добавлять: вот этот хороший литератор, его надо, этот хороший оратор — и разжижат список, опять у нас не будет большинства. А как тогда руководить!..» И голосовали с этим примечанием в скобках. Сталин стал Генеральным. Ленину это больших трудов стоило. Но он, конечно, вопрос достаточно глубоко продумал и дал понять, на кого равняться»[12].

Действительно, в документах съезда имеется два вида бюллетеней: бюллетень с уже готовым списком членов и кандидатов ЦК РКП(б) и бюллетень с надписью «Предлагаю в члены ЦК РКП следующих товарищей». Если со вторым бюллетенем всё ясно: делегатам предлагалось собственноручно вписать фамилии тех делегатов, которых они видят в членах и кандидатах в ЦК, то бюллетень с готовым списком членов ЦК представляет особый интерес. Бюллетень с перечнем кандидатур был отпечатан в типографии, имел заголовок «Список членов и кандидатов ЦК РКП XI-го созыва» и помету «проект». Кандидаты были расставлены в следующем порядке: 1. Ленин, 2. Троцкий, 3. Зиновьев, 4. Каменев, 5. Сталин, 6. Молотов… замыкал список Куйбышев под номером 21. Рядом с именем Сталина в скобках, типографским же способом напечатано: «Генеральный секретарь», а рядом с именами Молотова и Куйбышева соответственно — «Секретарь». По сути, делегатам предстояло выбрать Секретариат ЦК, в то время, как это была прерогатива самого ЦК. У части делегатов это вызвало возражение. Выступил Каменев, который разъяснил, что это всего лишь пожелание и делегаты своим голосованием не подменяются деятельность ЦК. Наличие двух видов бюллетеней, причём один явно выпадавший из общепринятого порядка, свидетельствует о необычности голосования за состав ЦК на XI съезде партии. Сам факт, что в одном из бюллетеней был обозначен персональный состав Секретариата ЦК и персонифицирован генеральный секретарь, говорит о том, что вопрос этот готовился специально и заблаговременно. Поэтому нелепо выглядят утверждения таких антисоветчиков, как Антонов-Овсиенко, о том, что Каменев «уговорил» съезд назначить Сталина генсеком. К троцкистским небылицам можно уверенно отнести и то, что Ленин как-то не понял сути обсуждавшегося вопроса и по недоразумению или по ошибке «пропустил» Сталина на эту должность.

«Официально подведенные подсчеты итогов выборов в состав ЦК, которые огласила счетная комиссия, показали, что всего было подано 482 бюллетеня, 4 из них было признано недействительными. Таким образом, учитывалось 478 голоса. Из них «за» Ленина и Троцкого проголосовали по 477 делегатов, «за» Бухарина и Калинина — по 476, «за» Дзержинского — 473. Радек и Томский получили поддержку 472 делегатов, Рыков — 470, Раковский — 468, Сталин — 463, Каменев — 454, Зиновьев — 448. Последний из избранных в состав ЦК — Зеленский — получил 345 голосов»[13].

Итоги голосования показали практически равные результаты у Ленина и Троцкого, что скорее свидетельствует о скрытых от основной массы коммунистов глубоких разногласиях между ними. Если сравнить итоги голосования на X съезде, на котором Ленин получил 478 голосов, а Троцкий только 452 голоса, то очевидно, что Троцкий сделал выводы и всеми силами старался избегать прямой конфронтации с Лениным и умело маскировал для партийной массы свои разногласия. Кроме того, голосование показало существенный отрыв Сталина от Каменева и Зиновьева и это опровергает известный антисталинский тезис о том, что более авторитетные Каменев и Зиновьев использовали «посредственного» Сталина в своих политических интересах. Отрыв в поданных голосах показывает, что политический вес и влияние Сталина были намного выше, чем у Каменева и Зиновьева.

Вернёмся к необычности голосования и к наличию двух видов бюллетеней. Появление списков с указанием персонального состава Секретариата и генерального секретаря, конечно, было не случайным и имело определённую цель. Этим продуманным шагом Ленин укреплял кандидатуру Сталина перед Пленумом ЦК, на котором и предстояли окончательные выборы в Секретариат. Этот ход Ленина увенчался успехом — за Сталина как генерального секретаря проголосовало 193 делегата, т.е. более 40%. Против высказалось только 16 делегатов. Остальные 273 делегата не сказали «да», но они и не сказали «нет».

«Объективно это усиливало морально-политические позиции Сталина в партии и в ее руководстве и повышало его шансы в предстоящей политической борьбе за лидерство в партии. Следовательно, у нас появляется косвенное и независимое (от рассказа Молотова) свидетельство тому, что Ленин смотрел на Сталина как на человека, который должен прийти ему на смену как лидер партии и революции»[14].

Читайте также:  В «Мемориале» признали якутского шамана Габышева политзаключенным

Следующий этап борьбы за формирование ленинского ядра в руководстве партии Ленин провёл после съезда, на Пленуме вновь выбранного ЦК. Несмотря на полученное в ЦК большинство, Ленину пришлось приложить силы, чтобы добиться формирования центрального аппарата партии из своих сторонников.

На Пленуме первым обсуждаемым вопросом был вопрос о «председателе» ЦК РКП(б). Из доступных документов нельзя понять, кто поставил этот вопрос, но то, что это был оппонент Ленина — это без сомнения. Предложение ввести должность «председателя» ЦК означало установление по образу и подобию Коминтерна двух центров власти в партии: председателя и генерального секретаря. Подобное предложение могло исходить только от Троцкого или его сторонников, которые попытались взять реванш за поражение на съезде и торпедировать план Ленина. Это предложение было отклонено единогласно, в том числе и Владимиром Ильичом. Безусловно, что только он мог быть председателем партии, но в то же время его ограниченная работоспособность делала пост «председателя» потенциальным противовесом посту генерального секретаря и это не устраивало Ленина. В его конструкции власти ЦК должен был возглавить генеральный секретарь Сталин, не имеющий равнозначной по должности альтернативы.

Отклонив предложение о «председателе», Пленум ЦК утвердил состав Секретариата в том виде, в котором он был вотирован съездом: Сталин — генсек, Молотов и Куйбышев — секретари. Кстати, утверждение о том, что кандидатуру Сталина на должность генсека предложил Каменев не подтверждается документами Пленума. Пленум ЦК выбрал Политбюро в следующем составе: Ленин, Троцкий, Сталин, Каменев, Зиновьев, Томский, Рыков. Кандидатами в члены Политбюро стали Молотов, Калинин, Бухарин. В Оргбюро были выбраны Сталин, Молотов, Куйбышев, Рыков, Томский, Дзержинский и Андреев, а кандидатами в члены: Рудзутак, Зеленский, Калинин. Представителями в Коминтерн были назначены Зиновьев, Бухарин, Радек, а кандидатами Ленин и Троцкий. Последовательность, в которой перечислены члены главных партийных органов, по неписанной большевистской традиции отражали авторитет и внутрипартийное положение коммуниста. Нетрудно увидеть, что авторитет Сталина после XI съезда серьёзно упрочился: мало того, что он вошёл во все руководящие органы партии, так он находился в них на ведущих ролях. Показательно, что присутствие Троцкого ограничилось Политбюро и его влияние в Коминтерне постарались не усиливать.

«Ленин поддержал схему, препятствующую раздроблению власти в руководстве партии, позволяющую совмещать работу коллегиального органа со значительной концентрацией политической власти в руках генерального секретаря ЦК партии. Предоставлять такую власть можно было только человеку, к которому питаешь абсолютное политическое доверие»[15].

Сформированная Лениным политическая система позволяла не только усилить возможности ленинского ядра, не только учитывала ограниченную работоспособность Владимира Ильича, но и давала новый политический ориентир — Сталина. Ленин видел в Сталине своего приемника на посту лидера партии и революции и создавал для него необходимые условия для продуктивной работы. Для Троцкого не нашлось места в новой системе политической власти, также как Ленин не видел его в качестве своего приемника.

В условиях государства диктатуры пролетариата человек, возглавивший партию, автоматически возглавлял политическую систему всего государства, поэтому должность генерального секретаря фактически становилась высшей должностью диктатуры пролетариата. Выше этой должности оставался только колоссальный авторитет и роль вождя партии и революции Ленина.

«Тот факт, что Сталин занял эту политическую позицию при активнейшей поддержке Ленина, имело огромное значение для политического будущего Сталина и далеко идущие последствия для расстановки политических сил в руководстве партии, для исхода борьбы большевизма с троцкизмом в РКП(б) и в Коминтерне.

Вместе с тем говорить о «необъятной власти» Сталина, которую он получил благодаря должности генерального секретаря, конечно же, не приходится. Его власть была велика, но имела достаточно четко определенные границы и, самое главное, она не была неподконтрольна. Сама по себе должность генерального секретаря мало что прибавила к той власти, которая уже была сосредоточена в руках Сталина к XI съезду партии. Правильнее будет сказать, что эта должность расширяла его властные возможности и упрочила его политические позиции, поскольку теперь его власть опиралась на авторитет решения Пленума ЦК, утвержденного съездом партии, а сама должность генсека была вписана уже в новую систему управления и являлась вершиной ее. Теперь Сталин мог входить в самые разнообразные вопросы внешней и внутренней политики в качестве высшего должностного лица правящей партии»[16].

Редакция Бескома

ПРИМЕЧАНИЯ:

[8] — там же, стр. 153-154.
[9] — там же, стр. 158.
[10] — там же, стр. 162.
[11] — там же, стр. 166.
[12] — там же, стр. 170-171.
[13] — там же, стр. 172.
[14] — там же, стр. 174.
[15] — там же, стр. 177.
[16] — там же, стр. 178-178.


 Курсы валют
Курс ЦБ
$  71.24
 80.41
 Новости партнеров
Loading...
Свежие записи
Медведев назвал товарищескими отношения с Путиным
Шеф-редактор «МБХ медиа» сообщил, что к нему пришли с обыском
«Мы должны запустить механизм перемен»
В Москве начались обыски у координатора «Открытой России» и независимых депутатов
В Улан-Удэ арестовали троих полицейских. По данным СМИ, они порвали юноше прямую кишку
Новости дня России и мира 2020 · © ·Все права защищены Наверх