Как потомки испанских летчиков помогают восстанавливать имена советских добровольцев


80 лет назад, в сентябре 1936 года , началась «Операция-Х» — масштабная военная помощь Советского Союза Республиканской Испании, в которой бушевал военный переворот. СССР поставлял испанскому правительству не только военную технику и вооружение, тысячи добровольцев отправились в жаркую страну на помощь народной власти. Небо Испании, в том числе, защищало 772 советских авиаторов. 99 из них навсегда остались лежать в испанской земле. Сегодня об этом помнят, наверное, лишь специалисты и родные погибших советских летчиков. А еще потомки тех испанских авиаторов, что вместе с советскими пилотами сражались в одном небе. Ассоциация летчиков-республиканцев появилась в Испании лишь 40 лет назад, уже после смерти диктатора Франко. И все это время родственники испанских авиаторов по крупицам собирают данные о боевых товарищах своих отцов. Отыскивают их могилы, устанавливают имена, ставят памятники. На днях за свою деятельность по увековечиванию памяти советских летчиков председатель Ассоциации Акилино Мата Миер был награжден в Москве премией «За Веру и Верность», учреэжденную Фондом Андрея Первозванного. Перед церемоний сеньор Акилино дал нашей газете небольшое интервью.

— Сеньор Акилино, я знаю, что Ассоциации летчиков-республиканцев в этом году испоняется 40 лет. Как возникла идея создания такой организации? И почему она появилась лишь в 1976 году?

— Для тех, кто потерпел поражение в Гражданской войне в Испании было очень трудно каким-то образом собираться, встречаться. Не говоря уже о том, .чтобы создавать ассоциации. Поэтому наполовину это была «ассоциация» в изгнании — люди жили в Мексике, во Франции, группа была в Москве, часть оставалась жить в Испании. Так продолжалось до кончины диктатора. Франко в 1975 году. И это позволило летчикам-республиканцам собраться и объединиться. Любопытная деталь — это единственная ассоциация военных, которая была создана через 40 лет после окончания войны. Такого второго случая в истории нет.

— Сколько человек объединяет Ассоциация?

— Около 400 потомков. Но у нас есть много сочувствующих.

— Я знаю, что ваш отец сам был пилотом, летал на советском бомбардировщике. Как сложилась его судьба после победы диктатора Франко?

— После того, как Каталония была сдана, его интернировали во Францию. Там был концентрационный лагерь. Вместе со своим штурманом ему удалось бежать. И они вернулись в республиканскую Испанию, тогда еще оставался маленький клочок Республики. Но после победы Франко его судили и приговорили к смертной казни. Потом заменили приговор на пожизненное заключение. В результате, в тюрьме он провел семь лет. И на свободу вышел с большими ограничениями в правах.

— Он вам рассказывал что-то про то, как воевал?

— Война оставила очень глубокий след в его жизни. Он ведь выходец из маленькой деревушки, пас овец и коз. К началу войны ему было 17 лет. . Но ему повезло: он попал в группу кандидатов на обучение в летной школе Кировобада (Азербайджанская ССР). Надо иметь ввиду, что практически все республиканские авиаторы были ребятами 17-ти-18-ти лет. Конечно, мы слышали от него очень много историй, воспоминаний о миссии, которую они выполняли. При этом им приходилось воевать в значительном меньшинстве по сравнению с немцами и итальянцами, которые пришли на помощь Франко. Республиканской авиации помогали 772 советских добровольца. Это были не только пилоты, но и штурманы, стрелки и даже переводчики. Испанских летчиков, которые получили подготовку в Cоветском Союзе, в тот момент было где-то 900 человек. И еще 800 человек, которые получили подготовку уже в Испании. Это была вся республиканская авиация. Им противостояла вся франкистская авиация плюс немецкое авиационное подразделение «Кондор» в количестве 19 тысяч человек и итальянская авиация — примерно 11 тысяч человек. И что еще важно, в 1936 году в сентябре месяце, в Испанию из Советского Союза прибыло лишь 389 летчиков-добровольцев. Но им удалось не просто сдержать эту армаду, но и добиться того, чтобы Мадрид не пал. Если бы не они, то за 3-4 дня Республики бы не стало.

— Известно, что за время этой миссии погибло 99 летчиков.

— 99 — имена которых установлены.

— А сколько приблизительно неизвестных захоронено? Я видела могилы советских летчиков, на которых было написано, что там, например, похоронено пять человек. На обелиске — лишь две фамилии и надпись — «трое неизвестных».


Акилино Мата Миер.

— У нас есть список, который мы получили в российских архивах, там значится 99 погибших. Но мы нашли недавно еще одного погибшего — сотого. Сотая — это женщина, переводчик, которая прибыла с группой пилотов. Во время бомбежки Мадрида она получила ранения, ее перевезли в госпиталь. Там она скончалась. Но кроме того остается много неизвестных погибших. Главная проблема в том, чтобы установить их подлинные имена. Например, известно, что в каком-то месте погибло трое. Но установить, кто эти трое, мы, к сожалению, пока не можем. Поэтому нам очень важно, чтобы нам помогли в поисках этой информации именно здесь, в России. Мы, например, знаем, какой это был самолет, его тип, его номер. Но мы не знаем настоящего имени пилота. Прежде всего речь идет о тех, кто прибыл в первой группе. Первая эскадрилья состояла исключительно из советских пилотов. Испанских только начинали готовить. И о советских пилотах информацию можно получить только в России. Учтите, что сорок лет Испания находилась под властью диктаторского режима, когда невозможно было вести никаких изысканий. Но имена 7-8 человек и все данные о них: как погибли, где похоронены — нам все же удалось найти. Примерно про 60 человек мы знаем, где они были сбиты и погибли. Но остались только кости, по которым трудно идентифицировать человека. Мы знаем, что останки находятся на таком-то кладбище, но это все — к сожалению.

— А кто сейчас в России помогает в установлении личностей погибших летчиков,?

— Мы поддерживаем связь с внуками и потомками тех пилотов, которые воевали в Испании.

— А какие-нибудь официальные структуры вам помогают?

— Нам помогают два архива, в которые мы посылали запросы. Главная то проблема в том, что пилоты прибывали к нам под вымышленными именами. Например, знаменитый генерал Дуглас — это герой Советского Союза Смушкевич.

— Что необходимо сделать, чтобы вам дали доступ к архивам Министерства обороны?

— У нас подготовлен список с именами, под которыми летчики воевали. Мы можем его предоставить. Но здесь есть еще проблема перевода транскрипции имен — с кириллицы на латиницу. Это тоже вносит элемент определенной дезорганизации. Но потихонечку, с помощью российских энтузиастов, можно многое открыть.

— Вторая сторона той же проблемы: известно, что пилоты-республиканцы летом 41-го года прибыли в Советский Союз и многие из них воевали в рядах Красной Армии. Они погибали на нашей территории.

— Да, например. Лаверо, который похоронен в Баку. Дамбен, который погиб в Керчи, но похоронен тоже в Баку. Урибе погиб под Курском. Паскуаль — под Сталинградом. Где-то человек 90 попали в советскую авиацию. Но сначала они воевали как партизаны, поскольку им не дали официального разрешения на вступление в ряды советской армии. Потому что иностранцы. . А часть до конца войны так и воевала в составе партизанских отрядов. Примерно 35-40 испанских летчиков погибло во время Великой Отечественной.

— Судьбы всех этих пилотов известны, или так же есть «открытые страницы»?

— Не всех , конечно. Но о большей части сведения все же есть. Дело в том, что в Советском Союзе к памяти погибших воинов относились гораздо ответственней, чем в тогдашней Испании. И в плане увековечивания памяти проблем в Советском Союзе не было. Один краевед в Краснодарском крае установил примерно восемь могил погибших летчиков. На них установлены обелиски с именами. Но , к сожалению, здесь та же проблема — из-за особенностей транскрипции имена искажены.

— Известно, что есть задумка открыть памятник советским и испанским летчикам в Испании. На какой стадии находится проект?

— На самой начальной. С одной стороны, существуют сложности определенного политического характера. Наш политический мир — немножко своеобразный. Не хотят помнить. Но мы полны решимости и энтузиазма преодолеть эту косность. Это необходимо сделать, потому что это наша история, наша память. Во-вторых, это наш жест благодарности и признательности Советскому Союзу за ту помощь, которую он нам оказал в те ужасные годы. Есть и чисто человеческий фактор: если люди отдали жизнь за жизни других — этого нельзя забывать. Есть и еще, скорее, мой личный момент. Для нас, родственников, потомков тех, кто воевал вместе с советскими воинами, эта память — наша жизнь. Нас много таких. Мне уже семьдесят, но дома у нас всегда рассказывают о тех днях совместных сражений.

P.S. Уже по окончании интервью переводчик, который давно сотрудничает с Ассоциацией, добавил от себя: «Вы имейте ввиду, что сеньор Акилино — очень скромный человек. Он не сказал вам, что все, что они делают — они делают на свои средства, своими силами. И им, действительно, нужна помощь российских волонтеров и тех, кто заинтересован в восстановлении истины и сохранении памяти»


Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Курсы валют
Курс ЦБ
$  64.43
 71.24
 Новости партнеров
Loading...
Свежие записи
Ходорковский делает из Устинова «сакральную жертву»
Инаугурация Беглова
Источник: Россия разрешила сирийским военным использовать С-300 против Израиля
ЕС вновь строго отчитал Израиль
Рябцева унизила бегающую за хайпом Соболь
Новости дня России и мира 2019 · © ·Все права защищены Наверх